Глен Кук. Игра теней -
21 >
бы?
Зря он это сказал. Масло заржал. Ведьмак забубнил что-то себе под нос.
Масло в тон ему запел:
Черви жрут гнилое мясо,
На ввалившемся носу
Мураши танцуют-пляшут...
Гоблин с Одноглазым подхватили. Тогда Мурген пригрозил догнать всех и
посадить на кол.
Мы старались отвлечь друг друга от мыслей о сгущающейся впереди тьме.
Одноглазый оборвал песню:
- Нет, Костоправ, ни один из Взятых не смог бы так тихо лежать столько
лет. Если бы кто из них выжил, тут бы такие фейерверки пошли... Уж мы-то с
Гоблином всяко бы что-то услышали.
- Пожалуй, ты прав. Однако он меня не убедил. Возможно, какая-то часть
меня просто не желала, чтобы все Взятые совсем кончились,, Мы подъехали к
наклонной дорожке, ведущей к воротам в Башню. Тут Башня впервые подала
признаки жизни. В верхних бойницах показались люди, разряженные, точно
павлины. Несколько человек вышли к воротам, суетливо организовывая церемонию
встречи хозяйки. Завидев их одеяния. Одноглазый насмешливо заулюлюкал.
В прошлый раз, пожалуй, не посмел бы.
Я наклонился к его уху:
- Ты потише. Униформу для своих людей она сама придумала.
Теперь оставалось всею душой надеяться, что они вышли лишь встречать
Госпожу и не замышляют ничего дурного. Это зависит от того, какие новости
они получили с севера. Порой злые слухи летят быстрее ветра.
- Наглость и только наглость, - сказал я. - Ничего не бойтесь,
держитесь высокомерно. Не давайте им опомниться. - Взглянув в темноту за
воротами, я повысил голос: - Они знают, что я здесь!
- Это-то меня и пугает, - пропищал Гоблин, разражаясь кудахчущим
смехом.
Когда въезжаешь в Башню, она словно поглощает мир. Мурген, не видавший